В посте на Fintech Ranking Владислав Солодкий (управляющий партнер фонда Life.SREDA) поблагодарил Олега Тинькова за знакомство с Юрием Мильнером и опубликовал «12 правил инвестирования как Мильнер».

«Он выплачивал огромные суммы по относительно низкой ставке, в основном выкупая эксклюзивный доступ к наиболее завидным компаниям в сети! Как мог какой-то аутсайдер предугадать и использовать те возможности, которые упустили лучшие инвесторы Кремниевой долины?» Rusbase публикует перевод материала Владислава Солодкого.

1. Он не вкладывался в предпринимателей из ближайшего окружения

Когда другие инвесторы стараются выстроить долгосрочные институты на десятилетия, господин Мильнер справляется сам по себе, имея в руках список связей, которые чаще всего раскиданы по всему миру. Большую часть его фирмы DST Global изначально составляла небольшая команда бывших банкиров из Goldman Sachs, которые в основном располагаются в Азии. Их задача заключается в том, что они проверяют финансовую благонадёжность компаний и занимаются привлечением средств. В индустрии профессиональных сетевиков он вывел сетевые организации на следующий уровень, щедро распределив структуры разных направленностей по всем уголкам мира.

2. Инвестируйте во внимание (не в прибыльность) – сегодня это самый ценный актив (деньги придут со временем)

Всемогущество социальных медиа подтверждает история не приносившего дохода Твиттера. После проведения IPO стоимость компании составила $14,4 млрд. Мильнер считает сервис «наиболее влиятельным механизмом в мире». Почему рыночная стоимость компании настолько велика? «Потому что людям свойственно влиять или пытаться оказывать влияние на других». Он работал в сфере финансов на протяжении нескольких лет, пока не наткнулся на доклад 1999 года Мэри Микер, интернет-аналитика банковского холдинга Morgan Stanley. В докладе она описала технологический бум США, а также первоначальный рост этой индустрии в Европе. Для Мильнера это было открытием: «Как такое может быть, что компания с нулевым доходом стоит $50 млрд?».

3. В отличие от большинства инвесторов, он часто отказывается от руководящих должностей в стартапах и доверяет их основателям компании

В 2009 году господин Мильнер вложил свои первые 200 миллионов долларов в Facebook, по тем временам крупную сумму для инвестора не из Кремниевой долины. Одной из причин, по которой он хотел сотрудничать с соцсетью, стало его намерение делать инвестиции на пике финансового кризиса. Обычно инвестирование амбициозных, но ещё неприбыльных технологических стартапов до IPO сводится к определённой схеме: престижный венчурный фонд получает определённые преференции при инвестировании и получает должности в управлении компании (обретает право голоса в организации). Мильнер предлагает совершенно иной, довольно сумасбродный подход — инвестировать без преференций и руководящих постов. Его деньги — как деньги от IPO (не дают никаких привилегий обычным акционерам), только без обременительных сопутствующих IPO обязательств. Не надо тратить время на выездные презентации, административные затраты за выход на рынок и чувствовать давление рынка от краткосрочных заработков.

4. Пожалуй, он самый противоречивый инвестор в Кремниевой долине. Он одновременно пользуется спросом, внушает ужас и вызывает насмешки

Его посыл кажется ясным: Мильнер инвестировал практически во все перспективные социальные медиа, начиная от Facebook до Twitter и Spotify. Он первым открыл новую финансовую философию. Многие считают успех Мильнера не только не оправдано быстрым, но также и незаслуженным. Вероятно, всё потому, что люди не понимают (Мильнер рад бы и себе объяснить), как так получилось, что бывший инвестор макаронной фабрики в Москве стал воротилой технологического бизнеса в Америке. Он говорит, что история его успеха заслуживает быть настолько же привлекательной, как и любая история Кремниевой долины. Некоторые сочтут успех Мильнера не таким уж громадным и молниеносным в общих масштабах успешности… но… всё же, *тут эти некоторые станут раздражённо увиливать от ответа*, но всё же… сочтут его незаслуженным. Всё потому что он аутсайдер, который безбожно раздавал деньги стартаперам словно по старой дружбе. Он выплачивал огромные суммы по относительно низкой ставке, в основном выкупая эксклюзивный доступ к наиболее завидным компаниям в сети! Его аутсайдерство раздражало всех и вся и вынуждало забеспокоиться. Как мог какой-то аутсайдер предугадать и использовать те возможности, которые упустили лучшие инвесторы Кремниевой долины? Не послужил ли успех Мильнера тому, что все остальные стали покушаться на то, что до поры до времени считалось чисто американским — на будущее интернета и его богатства?

5. Эффект «шальных русских денег»

Что сделал Юрий Мильнер для того, чтобы вернуть Facebook его двузначные миллиарды? Марк Андрессен отметил, что Юрий впервые попал в Кремниевую долину в 2008 или 2009 году и выразил основную свою идею так: «Я вращаюсь в бизнесе и хочу инвестировать». Ведущие американские инвесторы предлагали сделки при оценке от 5 до 8 миллиардов долларов за Facebook, а Юрий сразу предложил $10 миллиардов. У Андрессена были друзья на стороне Facebook и друзья, которые делали ставки, поэтому он позвонил им и предупредил: «Вы ребята, многое теряете, Юрий ставит 10. У вас нет шансов». На что они ответили: «Безбашенные русские. Шальные деньги. Куда катится мир?».

Главным преимуществом Юрия в то время было то, что он и его команда провели очень сложный анализ. С 2000 года они наблюдали за развитием потребительских бизнес-моделей в интернете за пределами США. Они собрали данные почти по 40 странам, в их числе в Венгрии, Израиле, Чехии и Китае. В руках у них оказались все связанные с соцмедиаи eCommerce интернет-компании, которые в течение десяти лет превратились в настоящий бизнес, но совсем выпали из поля зрения инвесторов. Юрий всегда подчёркивал, что американские компании очень расслаблены, они могут положиться на венчурный капитал. А в Венгрии, где надеяться на вклады не приходится, ничего не остаётся, как делать деньги самим. Таким образом, у него была полная матрица бизнес-моделей со всего мира, после чего он перешёл на уровень получения прибыли от пользователей и на регулирование ВВП. «У него была секретная электронная таблица с данными, которой не было у вас». Шальные деньги выкупили ему неограниченный доступ к самой важной компании, сразившей интернет в этом десятилетии. Тогда же в сети началась эпоха стремительного развития интернет-компаний.

6. «Инвестиции на отношениях» как залог доверия и безопасности для учредителей

«Нужно быть ближе к учредителям компании», — считает Мильнер. Его подход парадоксален. Он не стремится возглавлять должности в стартапах, ведь учредители своё дело знают, но часто встречается с ними, чтобы помочь выстроить долгосрочные отношения. До сегодняшнего момента мало кто знал, что он отчасти посодействовал успеху WhatsApp, став одним из двух инвесторов мессенджера в мире (вторым были Sequoia Capital). Он выкупил часть доли учредителей за $125 млн долларов за несколько недель до того, как Facebook забрал себе WhatsApp за $19 млрд. Мильнер не станет открыто обсуждать сделку Facebook, но близкие к WhatsApp источники сообщают, что он заключил устное соглашение с основателем стартапа Яном Кумом в январе 2014 года. Деньги DST использовались в качестве подушки безопасности на тот случай, если Facebook отменит сделку.

http://rusbase.com/howto/ot-milnera/

Читайте ещё:

В Заринском районе Алтайского края выявили первый в 2026 году случай бешенства

В Алтайском крае женщина попала под грузовой поезд на станции Арбузовка

В Алтайском крае более 6 тысяч злостных неплательщиков алиментов попали в федеральный список