Юрий Стоянов: “Американец в “Газпроме” – это комедия”

23 марта 2019

На ТНТ стартовал второй сезон комедийного шпионского сериала «Адаптация».
Американский шпион возвращается в России, но не с секретной миссией, а по личному делу: он хочет разыскать свою любовь Марину. В прошлом сезоне Эштон Айви пытался похитить секретную российскую разработку в области газодобычи. Операция закончилась провалом, в том числе, благодаря доблестной работе спецслужб города Ноябрьска, возглавляемой профессионалом своего дела Евгением Геннадьевичем Евдокимовым. Его роль исполнил народный артист России Юрий Стоянов. Накануне премьеры нового сезона актер рассказал, что нового ждет ЕГ и Эштона в ближайших эпизодах.

Удалось посмотреть первый сезон проекта?
— Да! Хотя нечасто такое случается. Но тут отсмотрел. Когда снимался в сериале, думал, что работаю не совсем для моей целевой аудитории. А оказалось — наоборот. Для моей! И очень удивился, что канал ТНТ сделал такую картину. Она совсем не в лоб комедия. Не анекдот. Но, конечно, смешная. Сначала я подумал: наш шпион, внедряющийся в условный British Petroleum — это трагедия. А вот американец в «Газпроме» — это комедия.

А в чем здесь комедия?
— Представьте, сколько всего русскому придется пройти, чтобы попасть туда. А американцу? Умом Россию не понять — в этом весь смысл. На этом узелке весь юмор и выписан. Когда я понял, что сериал продлен на второй сезон, то отнесся к этому с небольшой опаской.

Из-за чего?
— Как говорят евреи: никогда не желай другого царя. Когда меняется режиссер, группа отчасти, невольно возникает ощущение, что ожиданий после первого сезона ты не подтвердишь. А может, это и правильное решение? Сделать второй сезон другим. Если говорить результативно и очень-очень грубо, он несколько смешнее. Несколько. Мне так сейчас кажется. И я благодарю судьбу, что мне выпало работать с Александром Назаровым (режиссер второго сезона «Адаптации»), мне редко бывает настолько легко. Может, потому что он сам актер. И мы говорим на одном языке. И иногда он проигрывает ходы, которые я еще не сыграл. Тем интереснее мне его удивлять. Если я удивляю его, значит что-то получается.

По финалу первого сезона ваш персонаж выходит на первый план…
— Поэтому когда я прочитал сценарий второго сезона, позвонил и спросил: «Вы чего делаете меня таким функциональным?» Человеком, который совершает поступки, двигающие сюжет. При этом он не главный герой. Важная функция. Я даже расстроился. Потом меня переубедили. И когда начал играть, лишний раз убедился, что хороший сценарий — не тот, который весело и интересно читать. А это нечто такое, что получается интересным после того, как сняли. Литература особенного рода. Нуждающаяся в воплощении. Все равно, что написать «Какую я хочу сделать скульптуру». Ну вот, допустим, скульптор написал. И принес развернутый трактат вместо самой скульптуры: какие будут линии, как это будет смотреться. Бред же! То же самое со сценарием. Это такой интересный повод. И вне зависимости от того, что в него заложено, происходит химическая реакция. Одна из важнейших составляющих, которая запускает химические процессы: и человеческие, и профессиональные, и технологические, и душевные. В этом случае получилось уникально.